МИХАИЛ ВАСИЛЬЕВИЧ ЛОМОНОСОВ

ЭЛЕКТРОННАЯ НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА

(к 300-летию со дня рождения)

ИНСТИТУТ ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ РАН

    

     Михаил Васильевич Ломоносов родился 8 ноября (19—по новому стилю  [1] ) 1711 г. в деревне Мишанинской, что расположена была на Курострове в нескольких километрах от города Холмогоры. (Ныне около двух десятков деревень того времени слились в село Ломоносово, а город Холмогоры стал районным центром Архангельской области.) Отец Ломоносова Василий Дорофеевич был черносошным крестьянином — так назывались тогда лично свободные крестьяне, владевшие общинными землями и несшие феодальные повинности. Мать Ломоносова — Елена Ивановна Сивкова — была дочерью дьякона села Матигоры. Михаил был их единственным сыном.

     Скудная северная земля не могла прокормить крестьянина, поэтому почти все жители деревень, расположенных на Курострове, занимались морскими промыслами. Не был исключением и отец Ломоносова: он сумел построить на европейский лад, как тогда говорили "по новому манеру”, небольшое, водоизмещением приблизительно 100 тонн парусное судно «гукор» и назвал его "Святой архангел Михаил". На нем Василий Дорофеевич перевозил государственные и частные грузы, промышлял морского зверя. С десяти лет в плаваниях стал участвовать и Михаил, обладавший блестящей способностью воспринимать новые впечатления, которые навсегда сохранились в его памяти.

     Без грамоты было невозможно вести дела, поэтому Василий Дорофеевич поручил своего сына заботам дьячка приходской Димитриевской церкви С.Н. Сабельникова. Обучившись грамоте, Михаил пристрастился к чтению. Вначале он читал "Псалтырь", а затем потянулся и к светским книгам, которые ему удалось добыть у соседа Христофора Дудина. Вероятно, в это время у Ломоносова возникает страстное желание учиться. В конце 1730 г. Ломоносов с рыбным обозом отправился в Москву. Здесь он вначале поступил в Навигацкую школу, однако вскоре узнал, что существует еще и Славяно-греко-латинская академия, которая давала значительно более широкое образование, и захотел учиться в ней. Но когда ему еще стало известно, что детей крестьян, положенных в подушный оклад, туда не принимали, то решил выдать себя за дворянского сына. Обман оказался удачным и  15 января 1731 года Ломоносов был принят в Академию.

     Начало учебы было тяжелым: девятнадцатилетний юноша сел за парту вместе "со школьниками, малыми ребятами". Стипендия была мизерной — 3 копейки в день, на которые надо было питаться , одеваться и приобретать бумагу и перья, да и платили ее нерегулярно. Но стремление к знаниям помогло преодолеть все лишения, и за первый год Ломоносов сумел закончить три класса Академии. Он быстро освоил латинский язык (серьезная научная литература того времени издавалась на латыни) и читал все, что удавалось достать в библиотеке Академии и в расположенной неподалеку книжной лавке. В Академии Ломоносов получил образование в области гуманитарных наук. Здесь он познакомился с лучшими образцами древнерусской литературы, с латинской поэзией, с ораторским искусством, изучал греческий язык. Значительно хуже дело обстояло с естественными науками: их преподавали по Аристотелю и Птолемею, а об учениях Декарта и Ньютона, о взглядах Коперника учащимся ничего не было известно. Ломоносов, читавший новые издания в книжной лавке, не мог не познакомиться с некоторыми сторонами этих учений, или хотя бы узнать о их существовании. Такое знакомство вызвало у любознательного юноши стремление к серьезным занятиям естественными науками. Случай осуществить свои намерения представился в ноябре 1735 г., когда Ломоносов учился в классе "философии" и ему оставалось закончить лишь восьмой - "богословие". В это время вышел указ Сената, согласно которому Славяно-греко-латинская академия должна была отобрать 20 своих лучших учеников для пополнения университета, созданного при Петербургской Академии наук. Ломоносов был в числе отобранных 12 человек, соответствующих требованиям сенатского указа. В январе 1736 г. их привезли в Петербург и зачислили студентами без жалования, "на академическом коште". В течение полугода со вновь принятыми студентами пытались организовать более или менее систематические занятия, а за это время было решено послать за границу трех студентов для обучения горному делу, специалистов по которому заметно не хватало бурно развивающейся русской горнодобывающей промышленности. Ими оказались Г.У. Райзер сын советника Берг-коллегии, Д. Виноградов — попович и Ломоносов — крестьянский сын. В сентябре 1736 г. их направили в университет города Марбурга, известный главным образом тем, что в нём преподавал Христиан Вольф, механик и оптик, человек энциклопедических знаний и философ. Он был прекрасным преподавателем и, по-видимому, очень добрым человеком, снисходительным к своим студентам. Именно к нему, под его покровительство, как почётного члена Петербургской Академии наук, были направлены наши студенты. Их зачислили в университет в начале ноября 1736 г. и они начали изучать немецкий язык и одновременно занимались арифметикой, геометрией и тригонометрией, а когда освоили язык, начали слушать лекции Вольфа по механике, теоретической и экспериментальной физике, метафизике (философии) и логике. Профессор Ю.Г. Дуйзинг читал им курс теоретической химии, а наёмные учителя учили их французскому языку, танцам, рисованию и фехтованию. Ко всему этому добавлялось самостоятельное чтение рекомендованной Вольфом научной литературы.

     По предписанию академической канцелярии студенты должны были присылать в Академию образчики своих знаний. Знаменательно, что Ломоносов прислал в Петербург в качестве таких образцов "диссертации", посвящённые физическим проблемам. Одной из первых была "Физическая диссертация о различии смешанных тел, состоящем в сцеплении корпускул" (1739 г.). В этот же период наряду с изучением естественных наук Ломоносов занимался теорией русского стихосложения. Он не только внимательно изучил купленную ещё в Петербурге книгу В.К. Тредиаковского "Новый и краткий способ к сложению российских стихов", но стал знакомиться с теориями стихосложения, бытующими в Германии.

      Быстро пролетели годы учёбы и студенческих развлечений, оставив в головах основательные знания и опустошив кошельки. Благородный Вольф оплатил с разрешения академической канцелярии долги наших студентов и в начале июля 1739 г. проводил их в Саксонию, в город Фрейберг для обучения горному делу, металлургии и химии у горного советника И.Ф. Генкеля. Врач по образованию, Генкель изучил минералогию и горное дело, овладел маркшейдерским и пробирным искусством, основательно познакомился с практической химией. Он получил известность в Европе не только как автор книг по горному делу, но и как преподаватель, прекрасно понимающий пользу практического обучения.

      Получив из Петербурга указание существенно урезать расходы русских студентов, чтобы погасить их марбургские долги, Генкель стал выполнять его с немецкой педантичностью. Вначале это не очень ощущалось, и занятия проходили успешно. Ломоносов под руководством Генкеля серьёзно изучал практическую химию, знакомился с постановкой горного дела в рудниках Фрейберга - города, в окрестностях которого была развита горнодобывающая промышленность. Однако и здесь Ломоносов продолжил занятия теорией стихосложения и, когда в августе 1739 г. узнал из газет о победе русских войск у турецкой крепости Хотин, написал свою первую патриотическую "Оду на победу над турками и татарами и на взятие Хотина". Эта ода была написана им силлабо-тоническим (слогово-ударным в отличие от распространенного до этого времени силлабического стихосложения) стихом, теорию которого он предложил в "Письме о правилах российского стихотворства". Столетие спустя В.Г. Белинский напишет, что в 1739 г. " ...Ломоносов — Пётр Великий русской литературы — прислал из немецкой земли свою знаменитую "Оду на взятие Хотина", с которой, по всей справедливости, должно считать начало русской литературы".

      Со временем отношения между Генкелем и Ломоносовым стали заметно ухудшаться. Нужно помнить, что Ломоносову исполнилось 28 лет, он был уже вполне сложившимся человеком, которого не могла не раздражать педантичная опека Генкеля. Росло взаимное недовольство, завершившееся полным разрывом. В первых числах мая 1740 г. без денег и пожитков Ломоносов ушёл из Фрейберга, чтобы вернуться на родину. После бесплодных попыток найти русского посланника  Кайзерлинга Ломоносов вернулся в Марбург, где 26 мая обвенчался с Елизаветой-Христиной Цильх, с которой он близко познакомился во время учёбы в Марбургском университете. После этого он снова отправился в путь, побывал в Амстердаме и Гааге, но, поняв, что без разрешения Академии наук ему возвращаться в Петербург не следует, снова отправился в Марбург. Разрешение на выезд Ломоносов получил лишь в апреле 1741 г. и 8 июня прибыл в Петербург. С этого времени началась его служба в Петербургской Академии наук.

      Академия наук была создана по указу Петра I в декабре 1724 года. В проекте Устава Академии, проверенном и исправленном  царем незадолго до его смерти, предусматривалось приглашение иностранных ученых, в обязанность которым вменялось вести научные занятия и готовить научные кадры в учрежденных при Академии университете и гимназии. На приглашение откликнулись люди блестящих способностей, проявить которые помогала чрезвычайно благоприятная обстановка, царившая в то время в Академии. В Европе были закуплены самые лучшие физические и оптические инструменты, из купленных и подаренных книг составлена прекрасная библиотека. Академии был передан первый в России естественнонаучный музей — Кунсткамера, а для обслуживания научных исследований в составе Академии имелись инструментальные мастерские, типография с гравировальной мастерской и книжная лавка. Таким образом, в Петербурге был создан научный комплекс, равного которому не имела ни одна академия Западной Европы.

     Приехавшие в Россию математик Леонард Эйлер, физик Даниил Бернулли, астроном Жозеф Николя Делиль и другие ученые развернули серьезную научную работу. Академия стала издавать свой научный журнал "Комментарии Петербургской Академии наук" (с 1748 г. — "Новые комментарии..."). Однако со временем, при часто сменявшихся на троне преемниках Петра I, обстановка в Академии стала ухудшаться. Покинули Россию талантливые ученые, а ее фактическим главой стал советник академической канцелярии И.Д. Шумахер. Прекрасно разбираясь в сложившейся в стране обстановке, Шумахер понял, что при вот-вот готовом прорваться недовольстве засильем иностранцев, покровительство молодому русскому ученому может сослужить ему хорошую службу. Этим, скорее всего, объясняется милостивый прием, оказанный Ломоносову, и снисходительное отношение к его самовольному уходу от Генкеля. Шумахер поручил Ломоносова заботам профессора И. Аммана, под руководством которого молодой ученый должен был закончить составление Каталога камней и окаменелостей, находящихся в Минералогическом кабинете Кунсткамеры. Одновременно Ломоносов стал переводить на русский язык статьи профессора физики Г.В. Крафта, предназначенные для журнала "Примечания на Ведомости". Однако выполнять только рутинные поручения находящийся в расцвете сил Ломоносов, конечно не мог. Он впервые выступает в печати как поэт, и в то же время изобретает "катоприко-диоптрический зажигательный инструмент" — своеобразную солнечную печь, при помощи которой можно было получить недосягаемые тогда иным способом высокие температуры. Одновременно Ломоносов начал работу над первым систематизированным руководством по горному делу на русском языке - "Первые основания металлургии или рудных дел". В начале января 1742 года Ломоносов получил званиие адьюнкта физического класса, что давало ему право на самостоятельную научную работу и возможность участия в научных заседаниях членов Академии — Академическом собрании. В это время прорвалось недовольство против самоуправства и злоуптреблений Шумахера. По жалобе А.К. Нартова — руководителя инструментальных мастерских Академии и академика Делиля Шумахер был арестован, расследованием дел в Академии занялась специальная комиссия, а Ломоносов, всей душой сочувствовавший жалобщикам, потерял осторожность. Его необузданное по отношению к академическим иностранцам поведение вызвало сильнейшее и в общем-то справедливое негодование всех профессоров, которые сперва исключили его из Академического собрания, а позже подали на него жалобу.

     В декабре 1743 г., когда Елизавета Петровна вернулась после коронации из Москвы, Ломоносов написал первую оду, посвященную новой императрице. Эта ода, по-видимому, была замечена Елизаветой. Во всяком случае, ее благосклонность к молодому русскому поэту и ученому, как увидим, спасла Ломоносова от битья батогами и ссылки в солдаты.

     В мае 1743 г. за отказ явиться на заседание следственной комиссии Ломоносов был посажен под домашний арест. Несмотря на бедственное материальное положение, ученый предается самым серьезным занятиям. Он изучает "Математические начала натуральной философии" И. Ньютона, и составляет знаменитые "276 записок по физике и корпускулярной философии" —  первую в России программу исследований в области естественных наук. В это же время он начинает несколько физических диссертаций, пишет "Диссертациию о действии химических растворителей на растворяемые тела" и "Краткое рукводство к риторике...". Не оставляет и поэтического творчества. Именно тогда Ломоносовым были созданы два непревзойденных шедевра русской научной поэзии: "Утреннее размышление о божием величестве" и "Вечернее размышление о божием величестве, при случае великого северного сияния". К тому же три русских стихотворца — В.К. Тредиаковский, А.П. Сумароков и М.В. Ломоносов — написали и издали "Три оды парафрастические псалма 143", не указав, кто автор каждого из них. Предполагалось, что читатели сами определят, чей способ стихосложения окажется предпочтительнее.

     Летом 1744 г. следственная комиссия вынесла решение о полном оправдании Шумахера и наказании всех, кто на него жаловался. Однако Елизавета отменила приговор академическим жалобщикам и повелела освободить из под ареста Ломоносова, обязав его произнести публичное извинение перед Академическим собранием. В период домашнего ареста Ломоносова к нему  приехала их Германии жена (в России ее звали Елизаветой Андреевной) со своим братом Иоганном Цильхом и дочерью Еленой . На плечи Ломоносова легла забота о семье и он приступил к систематической научной работе. Он написал "Размышления о причине теплоты и холода". "О вольном движении воздуха, в рудниках примеченном, переработал диссертацию "О действии растворителей на растворяемые тела", перевёл на русский язык работу академика Г. Гейнзиуса "Описание в начале 1744 года явившейся кометы...", проводил физические эксперименты.

     Объём и уровень совершенной Ломоносовым работы позволяли претендовать на профессорское звание. В 1745 г. Ломоносов прочитал в Академическом собрании диссертацию "О металлическом блеске", за которую было решено избрать его профессором химии на место отказавшегося от этой должности И.Г. Гмелина. Указом от 25 июля императрица присвоила звания профессоров Ломоносову и  Тредиаковскому на кафедре элоквенции (красноречия). В Петербургской Академии наук появились наконец сразу два русских академика. Став профессором химии, Ломоносов начал настойчиво добиваться создания химической лаборатории, о необходимости которой он писал, начиная с 1742 г. Ломоносов считал химию своей "главной профессией" и как никто другой в России понимал, что без лаборатории, без химических экспериментов химическая наука развиваться не может. Собственный опыт подсказал Ломоносову, что лаборатория необходима и для обучения студентов. А подготовку национальных научных кадров он воспринимал как свой долг перед Россией, как вклад в культурное и экономическое развитие государства.

     С 1744 г. Ломоносов читал лекции но физике студентам Академического университета А.П. Протасову и С.К. Котельникову (которые потом оба стали академиками) и убедился, что без учебники физики невозможно обойтись. Чтобы восполнить этот пробел Ломоносов принялся  за перевод первого из трех томов сочинения Л.–Ф. Тюммига. кратко излагавшего работу Х. Вольфа. В 1746 г. под названием «Вольфианская экспериментальная физика» вышел в свет первый на русском языке учебник, который выдержал в XVIII  в. несколько изданий.

     После долгого перерыва в 1746 г. в Академию был назначен президент. Им оказался брат фаворита императрицы восемнадцатилетний К.Г. Разумовский (1728-1780). В это же время сдвинулось с места дело по созданию химической лаборатории. И хотя Елизавета подписала указ о ее постройке, потребовалось ещё два года, чтобы его выполнить. В период до постройки химической лаборатории Ломоносов начал систематические занятия русской историей. Ему стали давать на отзыв написанные разными авторами исторические работы, в частности, многотомную "Историю Сибири" Г.Ф. Миллера. А когда в составе Академии появилось Историческое собрание, Ломоносов был назначен его членом.

     В 1748 г. была построена химическая лаборатория — первая в России научно- исследовательская и учебная лаборатория. На основе своих опытов Ломоносов написал работу "Физические размышления о причине теплоты и холода" и другие, и направил их для публикации в Новых Комментариях Петербургской Академии наук.

     Существует мнение, что Шумахер, затаивший зло на Ломоносова за поддержку последним Нартова, послал эти работы Эйлеру, рассчитывая получить отрицательный отзыв. Но ожидания Шумахера не оправдались. В декабре от Эйлера к Разумовскому пришло письмо, где Эйлер писал: "Ломоносов одарен счастливым остроумием для объяснений физических и химических. Желать надобно – писал Эйлер в заключение, - чтобы все прочие академии были в состоянии показать такие изобретения, какие показал Ломоносов. В 1750 г. том "Новых комментариев" со статьями Ломоносова увидел свет. В нём были опубликованы еще две работы учёного: "Опыт теории упругости воздуха" и "О вольном движении воздуха, в рудниках примеченном".

     Богатый событиями 1748 г. принёс Ломоносову еще одну обязанность: в начале мая академическая канцелярия поручила ему проверку всех сообщений из-за рубежа, предназначенных для печатания в газете "Санкт-Петербургские ведомости", положив тем самым начало журналистской деятельности Ломоносова.

     В соответствии с утвержденным в 1747 г. Регламентом (Уставом) Академия наук должна была проводить по меньшей мере два публичных заседания в год. Первое такое заседание было назначено на 1749 г., на котором должны были выступить академик Г.Ф. Миллер (1705-1783) с речью "О происхождении имени и народа российского" и Ломоносов с похвальным словом Елизавете. Ломоносову было поручено дать отзыв на эту работу Миллера. В своем отзыве он отметил, что в речи содержатся высказывания, порочащие честь русского народа. Выступление Миллера было отменено, и вместо него докладчиком был назначен друг Ломоносова академик Г.В. Рихман (1711-1753). Миллер потребовал обсуждения возражений на свою речь, которое и происходило на 29 собраниях Академии. В результате обсуждения Миллера на год перевели из профессоров в адъюнкты.

     Работа в химической лаборатории между тем шла своим чередом. Ломоносов начал опыты по изготовлению цветных стёкол, нужных ему для экспериментального подтверждения создаваемой им теории света и цветов, разрабатывал рецептуру и испытывал заменители для красок, ввозимых из-за границы, продолжал оборудование лаборатории приборам и инструментами. С августа 1751 г. в лаборатории начались занятия с направленными к Ломоносову студентами академического университета В. Клементьевым, И. Братковскнм и И. Федоровским которых он должен был обучить химии, и Н. Поповским, обучающимся поэзии. Впоследствии к первым трем присоединился С. Румовский. В 1752 — 1754 гг. Ломоносов прочитал в "учебной каморе" лаборатории впервые в мире курс физической химии, который он тщательно подготовил, В этом курсе Ломоносов попытался дать объяснение химическим процессам на основе разработанного им корпускулярного (атомно-молекулярного) учения.

      Блистательное выступление Ломоносова на публичном собрании Академии с "Похвальным словом” произвело впечатление на императрицу, которая в августе 1750 г. приняла его в Царском Селе, а полугодом позже пожаловала чином коллежского советника с жалованьем 1200 рублей в год. Согласно Табели о рангах, полученный им чин давал право на потомственное дворянство. Не менее важным было и такое обстоятельство: как писал известный русский историк С.М. Соловьев:  в России того времени "...значительный чин был тот же револьвер, необходимый для известной безопасности “. Другим условием безопасности в то время был знатный и влиятельный покровитель. Для Ломоносова им стал новый фаворит Елизаветы Иван Иванович Шувалов, который выделялся из всех елизаветинских вельмож подчёркнутой любовью к наукам и некоторым пренебрежением к чипам и должностям.

      В 1750 и 1751 гг. Ломоносов по поручению академической канцелярии чрезвычайно быстро написал дне трагедии — «Тамира и Селим»  и  «Демофонт» , первая из которых была сыграна в придворном театре. На очередном публичном собрании Академии в сентябре 1751 г. Ломоносов прочёл "Слово о пользе химии". Это было первое выступление Ломоносова, посвященное популяризации науки в России. За ним последовали другие.  Заметим, что в 1751 г., вышло в свет первое собрание сочинений Ломоносова под названием «собрание разных сочинений в стихах и прозе».

      Тем временем в химической лаборатории после 4 тысяч опытов Ломоносов сумел разработатьтехнологию изготовления цветных прозрачных и непрозрачных (называемых смальтами) стёкол. Полученную им смальту ученый решил использовать для изготовления  мозаичных картин. В 1753 г. Ломоносов получил разрешение на строительство фабрики цветного  стекла и земельный надел с 211 душами крестьян мужского пола. К 1754 г. строительство фабрики в основном было закончено, и на ней стали изготовлять стекло, бисер, пронизки и другие изделия, но главное - на фабрике стали изготавливать брусочки из смальт различного  цвета, из которых набирались мозаичные картины. Параллельно со строительством фабрики в Усть-Рудицах Ломоносов вместе с Рихманом занимался изучением природы электричества, получаемого из атмосферы и от электростатических машин. С этой целью у каждого из них дома была установлена "громовая машина”, то  есть  электроскоп с шёлковой нитью, отклоняющейся от вертикали тем больше, чем сильнее атмосферный  заряд, 26 июля 1753 г. во время наблюдений разразившейся над Петербургом грозы молнией был убит академик Рихман. Несмотря на вызванное этим событием противодействие Синода Ломоносов прочёл на публичном собрании “Слово о явлениях воздушных, от электрический силы происходящих', в котором выдвинул свою теорию образования атмосферного электричества и доказал его полную идентичность искусственному, получаемому от электростатических машин.

      В 1754 г. Ломоносов, недовольный тем, что премия за решение объявленной Академией наук задачи досталась бездарному У. Сальхову, в сердцах отказался от кафедры химии. Миллер его слова об отказе заведовать кафедрой химии внес в протокол, и кафедра была передана пресловутому Сальхову. Лишённый лаборатории, Ломоносов с этого времени вынужден был заниматься химией у себя дома и в Усть-Рудицах.

     Ломоносова давно беспокоило плачевное состояние академических университета и гимназии, и он решил, что следует создать новый университет в Москве. Эту мысль он постарался внушить И.И. Шувалову, и, когда тот составил соответствующее "Доношение в Сенат", написал ему письмо с изложением плана организации университета. Шувалов внес и план Ломоносова некоторые изменения, и с ними план был принят. 12 января 1755 г. Елизавета подписала "Указ об учреждении в Москве Университета". Первоначально  ему было отведено помещение бывшей дворцовой аптеки, на том месте, где ныне находится Государственный исторический мурей, а первым куратором университета стал И. И. Шувалов. Именно его стараниями в 1757 г. в университетской типографии  было издано двухтомное собрание сочинений Ломоносова. Это в XVIII в. Был беспрецедентный случай – ни один из российских академиков не удостоился двух прижизненных изданий собрания сочинений.

      С 1940 г. Московский государственный университет носит имя М.В. Ломоносова, а перед главным зданием университета  установлен  его памятник.

     Несмотря на огромную занятость Ломоносов продолжал свою работу в области изучения русского языка и русской истории. В 1755 г.он сдал в печать "Российскую грамматику” и в основном закончил работу над "Древней Российской историей". Одновременно учёный готовил материалы для истории царствования Петра I, заказанной Елизаветой Вольтеру.

      На очередном публичном собрании Академии наук в 1756 г. Ломоносов прочёл "Слово о происхождении света, новую теорию о цветах представляющее", в которой изложил свою, отличную от ньютонианской, теорию света и разработал основные положения теории цветов.

      К этому времени Ломоносов решает строить собственный дом. Он получил участок в Адмиралтейской части города, оставшийся пустым после пожаров 1736 г., и за год, по проекту знакомого ему архитектора С.И. Чевакинского, на набережной реки Мойки дом был возведен. В 1757 г. семья Ломоносовых въехала в него, а позднее на территории усадьбы были построены еще два небольших дома для набора мозаичных картин.

      В 1757 г. Ломоносова назначают советником академической канцелярии, и с этого времени он получает большую возможность влиять на положение дел в Академии. Между тем научные занятия Ломоносова продолжались. К публичному собранию Академии он стал готовить "Слово о рождении металлов от трясения земли", где высказал ряд оригинальных суждений о происхождении торфа, каменного угля и нефти. О научных интересах Ломоносова в это время даёт представление перечень тем, которые он предлагал для произнесения на публичных собраниях. Его занимает вопрос о пропорциональности между количеством материи тела и его весом, о способе исследования изменения центра тяжести Земли, он готов рассказать о своих опытах по определению веса при прокаливании металлических тел и о причинах его увеличения, о температуре воздуха на планетах и кометах, об изобретённой им «ночезрительной трубе» и «о фонтане, бьющем под  действием ртути» !

     Конец 60-х гг. Ломоносов, как советник академической канцелярии, употребил на улучшение постановки дела в академических университете и гимназии. Он добился увеличения расходов на содержание гимназистов, обязал Миллера (бывшего в то время ректором университета) представлять более ясные свидетельства об успехах студентов. Особенно горячо взялся за дело Ломоносов, когда в 1760 г. получил в своё ведение оба академических учебных заведения. В результате принятых им мер лекции в университете продолжились “беспрестанно”, успешно шли занятия и в гимназии. Так продолжалось до смерти ученого.

     Назначенный в 1758 г. главой Географического департамента Академии наук, Ломоносов начинает работу по составлению нового "Атласа российского" и добивается рассылки во все губернии географических анкет, сведения из которых могли бы помочь в создании различных карт. Одновременно работает над "Рассуждением о большей точности морского пути", в котором предложил ряд новых навигационных приборов и инструментов, имеете с академиком И.Брауном проводит опыты по замораживанию ртути.

      В 1761 г. ученый мир Европы готовился наблюдать одно из редких явлении природы — прохождение Венеры по диску Солнца. Академией были снаряжены две экспедиции в Сибирь, а Ломоносов наблюдал это явление у себя в домашней обсерватории. В результате Ломоносову первому в мире удалось установить, что "планета Венера окружена знатною воздушною атмосферою". Успех этого наблюдения привлек Ломоносова к вопросам практической астрономии. В 1761-1763 гг. он занимался усовершенствованием ньютонианского и грегорианского телескопов, фотометрией звёзд, конструировал навигационные приборы.

     Летом 1761 г. Ломоносов закончил подготовку к печати руководства по горному делу "Первые основания металлургии или рудных дел", в котором он поместил два прибавления, второе из них — "О слоях земных", по мнению В.И. Вернадского, явилось "блестящим очерком геологической науки XVIII века".

     Смерть Елизаветы, свержение Петра III, воцарение Екатерины II многое изменили в жизни ученого. Были вынуждены уехать за границу “для поправления здоровья” его покровители И.И. Шувалов и М.И. Воронцов. Ломоносов остался наедине со своими усилившимися врагами. Вконец расстроенный и больной, он написал Екатерине Прошение, в котором просил уволить от академической службы с пожизненной пенсией. Екатерина подписала было указ об увольнении Ломоносова в отставку, однако уже через две недели его отменила. Ломоносов остался в Академии, а в конце 1763 г. был произведен в статские советники с окладом 1800 рублей в год. В этот период Ломоносов начинает еще одно, и последнее и своей жизни, крупное предприятие. В поданной наследнику Павлу записке “Краткое описание разных путешествий по северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в Восточную Индию” он высказывал давно занимавшую его мысль о необходимости найти путь на восток вдоль берегов Сибири. По представлению Ломоносова и в большом секрете была снаряжена морская экспедиция под командованием капитан-командора В.Я. Чичагова, которая уже после смерти ученого дважды в 1765 и 1766 гг., пыталась пройти "Сибирским океаном" на восток, но оба раза встретила сплошные льды и закончилась неудачей.

     Научная слава Ломоносова достигает зенита. В мае 1760 г. его избирают почетным членом Шведской Академии наук, а в апреле 1764 г. — почетным членом Академии наук Болонского института. Находившейся в Париже И.И.Шувалов намеривался представить кандидатуру Ломоносова в Парижскую академию, но было уже поздно. 4 (15) апреля 1765 г. "после новою припадка своей прежней болезни, который у него сделался от простуды', Ломоносов скончался в своем доме на Мойке. 8 апреля его похоронили при большом стечении народа на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры. На его могиле установлен сделанный в Италии памятник из каррарского мрамора.

     15 апреля того же года в академическом собрании прозвучали слова: "Не стало человвека, имя которого составит эпоху в летописи человеческого разума, обширного и блестящего гения, обнимавшего и озарявшего вдруг многие отрасли".

                                                         ***

     Значение Ломоносова как исторического деятеля, а также деятеля культуры определяется, в первую очередь, его осознанным или интуитивным умением найти своё место в культурно-историческом процессе и придать этому процессу ту или иную степень ускорения. "Исторические процессы без выдающихся исторических личностей не изменили бы своею направления, писал академик Д.С. Лихачев, но были бы сильно замедленны, замедлен был бы процесс перехода русской культуры от средневекового типа к типу культуры нового времени". По мнению Лихачёва, Петр I сумел сменить формы многих проявлений русской культуры. Представляется, что Ломоносов был в числе тех, кто наполнял эти формы культуры новым содержанием, и, безусловно, был первым, кто проделал это в отечественной науке, В этом смысле дело его жизни было продолжением дела Петра, и, как нам кажется, сравнимо с ним по заслугам.

     Ломоносов был первым учёным нового времени, заложившим в России основы ряда наук: физики, физической химии, минералогии, кристаллографии, языкознания, филологии и многих, многих других. Он первым в России сделал успешную попытку создать научную физическую карту мира, что ставит его выше тех европейских учёных-энциклопедистов, с которыми его сравнивает обычно историческая традиция. В сокровищницу русской духовной культуры вошли Ломоносовский материалистический подход к изучению явлений природы, доверие к эксперименту как высшему критерию истины, свойственный Ломоносову рационализм мышления и многое другое.

     Его просветительская, популяризаторская деятельность вызвала в русском обществе новое отношение к науке не только как к полезному для развития хозяйства и промышленности явлению, но и как к духовной ценности. Определяющей чертой личности Ломоносова был его патриотизм, действенная любовь к Родине, стремление к ее благу и процветанию.

Э.П. Карпеев.


[1]  Далее все даты приводятся по старому стилю.